«Рыболовный рай» — сайт о рыбалке


Удочка для ужения на корку хлеба

Вначале — небольшой рассказ рыболова-любителя, впервые столкнувшегося с подобной снастью, из которого станут понятными и конструкция, и способ применения этой удочки.

«В тот год я случайно попал на почти заброшенный хутор, затерянный в белгородских меловых холмах. Места эти не очень обильны водоемами и я, зная, что возле ху­тора, кроме старого пруда, ничего в этом смысле приме­чательного нет, никакой снасти с собой не имел. Так полу­чилось, что у меня выдался свободный от неотложных дел денек и меня пригласил порыбачить на этот пруд знако­мый — житель этих мест. Это был молодой мужчина, юмо­рист и балагур. Звали его Григорий. Узнав, что у меня нет с собой никаких рыболовных снастей, он пообещал снаб­дить меня удочкой, и мы отправились к нему на подворье. Там он стащил с крыши сарая две трехметровые палки (удочками у меня язык не повернулся их назвать), к кото­рым были привязаны мотки лесы около 0,6 мм толщины.

Вручив одну из них мне, а другую взяв себе, мой зна­комый ходко двинулся по тропинке, вьющейся между хол­мами по направлению к пруду.

Когда мы пришли, я с интересом стал следить за мани­пуляциями моего чичероне, так как у меня возникло ощу­щение, что он надо мной подтрунивает. Я никак не мог представить себе лова рыбы при помощи врученного мне инструмента. По пути к водоему я рассмотрел снасть до­вольно подробно (впрочем, особо рассматривать было не­чего) и подозрение, что меня разыгрывают, усилилось.

Как я уже сказал, снасть представляла из себя проч­ную палку с наглухо привязанной к ней толстой леской. Поплавка не было. Грузило отсутствовало. На конце тол­стенной лесы красовался кованный, величиной более восьмого номера, по-видимому, самодельный крючок. К пруду мы подошли не по тропинке, идущей к удобному просвету в камышах, а в месте, где камыш стоял перед нами сплошной стеной. Для этого мы свернули с протоп­танной тропы и минут десять шли вдоль густо заросшего камышом берега.

Все более недоумевая, я присел на траву и, закурив, стал наблюдать за действиями Григория. Его действия для меня были все более загадочны. Он с серьезным видом, делал смешные, на мой взгляд, вещи и я только ждал момента рассмеяться вслух.

Между тем Григорий размотал леску, которая была про­сто намотана на палку, на которой не было даже про­стейшего мотовильца. Положив на траву свою странную удочку и распустив и сложив рядом с ней леску, пример­но вчетверо большую, чем требовалось для удочки подоб­ного размера, он достал из матерчатой сумочки краюху хлеба и принялся нарезать ее квадратными кусками, раз­мером приблизительно 2x2 см. В один из кусков он запра­вил крючок своей снасти и, размотав его на леске подобно камешку на веревке, метнул куда-то в камыши. К чему-то прислушавшись, он удовлетворенно кивнул головой и сел рядом со мной на траву.

Достав сигарету, он вопросительно посмотрел на меня, собираясь узнать, почему я не ловлю. Но поговорить нам не пришлось. В камышах раздался засасывающий звук, как будто какое-то животное начало пить воду. Григорий вскочил и, дернув удилище на себя, с видимым трудом пошел прочь от берега. В какой-то Момент он перекинул свою палку через плечо и выволок таким приемом из ка­мышей очень приличного, почти трехкилограммового кар­па. Удивлению моему не было предела!»

Описанный способ довольно известен в местах глухих, где появление рыболовов — явление нечастое. Ужение на корку хлеба употреблялось, как известно, еще двести лет назад. В частности, об этом писал и Сабанеев, упоминая о монастырских прудах, где карпов подкармливали, и они привыкли подбирать с поверхности воды плавающие кус­ки хлеба.

Ужение в камышах на корку хлеба имеет почти то же объяснение. Оно основано на привычке карпов вообще, и крупных карпов, в частности, бродить по зарослям камы­ша, периодически ударяя по нему, сшибать на воду вся­кую снедь, засасывая ее с поверхности воды без особого разбора. Это и насекомые, и растительные элементы.

Устройство и принцип действия

Устройство снасти для подобного ужения уже описано в рассказе и в особых разъяснениях не нуж­дается, хотя советуем ее все-таки несколько усовершен­ствовать. Прежде всего, нужно взять любое прочное уди­лище, не более трехметрового размера, снабдить про­стой инерционной катушкой (безынерционная здесь будет менее уместна — катушкой типа «Невская» можно раз­вить большее усилие в короткий срок, а церемониться при протаскивании рыбы сквозь заросли камыша не при­ходится!).

Леса при максимальной прочности должна быть окра­шена в маскирующие тона. В крайнем случае можно вы­красить белую леску в отваре луковой шелухи — это придаст ей более натуральный вид среди желтых ство­лов камыша. Крючок берется 8—10 номера с коротким цевьем. Сегодня можно подобрать достаточно прочный крючок фирмы «АБУ». Вот и готова эта довольно не­обычная снасть.

Техника ужения

По-видимому, это может быть не только лов карпа на заросших камышом прудах. Хотя первона­чально возникла эта снасть именно для этой цели. Есть сведения, что таким способом можно ловить и толстоло­бика, и тарань. Тарань тоже склонна к выискиванию пада­ющих с камышей насекомых, одновременно охотно поеда­ет приманки растительного происхождения. А толстолоби­ку забрасывают в камыши крючок с наживленным зеле­ным горохом или кусочком «зеленой бороды».

Для пользования этой снастью, кроме всего прочего, рыболов должен обладать тонким слухом.

Во-первых, нужно правильно забросить корочку. А для этого нужно услышать, упала она на воду или повисла на камыше.

Во-вторых, подсечку и немедленное вытаскивание про­изводят сразу по заглатывании наживки карпом, иначе он бросится в глубину и успеет так запутать лесу в ка­мыше, что извлечь его не будет никакой возможности. Для этого тоже нужно услышать момент заглатывания корочки.

Tags: , , , , , , , ,